Охота

Про рябчиков

Разумеется, зимнюю тишину украшают громкие, как выстрелы, щелчки лопающихся в мороз стволов деревьев, а иногда она наполняется песней волчьей стаи.

Про весенние и летние звуки можно рассказывать бесконечно, но без переклички рябчиков осени не бывает.

По крайней мере, для меня.

А когда рябчики свистят, успешная охота на них гарантирована, достаточно только иметь манок и уметь им пользоваться.

Перекличка, потом взаимное сближение, и вот рябчик уже на виду: или подбежал, выдавая себя шумом шагов по опавшим листьям, или, прогрохотав крыльями при взлете, спланировал к вам и уселся на ветку полуобнаженной осины, совсем рядом.

А если рябчик отвечает, но к вам не летит и не бежит, выход тоже есть: идите к нему, как Магомет к той горе. Шанс на выстрел у вас будет или при подходе, или при взлете птиц.

И даже если эти шансы не использованы, ничего страшного. Минут через десять нужно снова правильно посвистеть, и он прилетит почти наверняка. И так много раз подряд, с утра до темноты.
Золотая осень.

Путь по знакомой тропинке и тяжелеющий с каждым выстрелом рюкзак. Сначала незаметно, но когда добытых птиц уже больше двух десятков, вес груза приятно ощутим. Причем больше всего рябчиков в доступных угодьях, где вырубки зарастающие и дороги лесовозные, но желательно подальше от деревни.

А в дальней соболиной тайге рябчиков всегда меньше, там даже десяток за день — большая удача. Сейчас, когда соболь везде уже живет, рябчиков становится меньше повсеместно.

 

Охота на рябчика предсказуема, поэтична и демократична. Люблю я ее с детства. В третьем классе, в возрасте девяти лет, я получил от отца разрешение пользоваться своим ружьем самостоятельно.

Условия были приемлемыми: не делать никогда самодельных стреляющих устройств, никому не попадаться на глаза и никакого баловства с оружием. Если узнает, что меня видели с ружьем или что я с кем-то из него стрелял, ружье окажется под замком навсегда.

Опыт охоты со взрослыми и умение обращаться с оружием у меня имелись, но длинная курковая одностволка ИЖ-5 16-го калибра была для меня великовата. Попытки стрельбы влет удачи пока не приносили, а добытый на бегу заяц-беляк очень долго оставался единственным. Рябчики же на манок подлетали и подбегали, при этом почти всегда позволяли унять волнение, прицелиться и точно выстрелить.

Свои десять латунных гильз я снаряжал так: один патрон с картечью, два с тройкой для тетерева или дальнего выстрела по сидячим уткам и семь с семеркой.

 

С конца сентября, когда после копки картошки появилось свободное время, приносить по семь рябчиков удавалось не только в выходной, но и после школы, ведь тайга начиналась за огородом. Когда осень плавно перетекла в зиму, мои охоты продолжились.

Птицы отвечали на манок и стали заметны издалека. А в морозы они перестали меня бояться вообще: вылетали из лунок и рассаживались на деревья рядом. К замеченным на кормежке оставалось только подойти на лыжах и всех перестрелять, они даже на выстрелы не реагировали.

Рябчики позволяли мне считать себя удачливым охотником, ведь это очень важно — приходить с охоты с добычей. Но это счастье неожиданно кончилось. Отец с дедом объяснили мне, что зимой рябчики становятся ядовитыми и потому их добывают только осенью. Я, разумеется, поверил.

И только через много лет, поработав охотоведом охотустроительной экспедиции по всей Сибири, я обнаружил, что про ядовитых зимой рябчиков никто, нигде и никогда не слышал. Меня просто обманули, чтобы я сопли не морозил и всех рябчиков в окрестностях нашей деревни не истребил.

Ведь нужды в моей добыче не было, в деревнях тогда жили хоть и небогато, но очень сытно. Мяса у нас и без моей добычи хватало.

 

Мне повезло. В первые годы самостоятельной охоты рябчики оказались на пике обилия. Поведение этих птиц зависит от численности. Когда рябчиков много, их защитные реакции слабеют. Птицы подлетают охотно, почти на ствол ружья садятся, а при вспугивании отлетают недалеко и почти не прячутся.

А когда рябчиков мало, то все наоборот: и подманить их проблематично, и на голые ветки они не пристраиваются (либо в лапы еловые, либо в сосновой кроне за стволом), при этом всегда начеку, взлетают сразу, как их увидишь.

Улетают же они далеко и с поворотом, совсем как глухари. Там, где охотников много, рябчики всегда осторожны, даже при высокой численности. Такая пластичность поведения помогает рябчикам выживать. На пике обилия эти птицы иногда даже собак, их облаивающих, терпят, а при депрессии численности человека близко не подпускают.

Непостоянна и упитанность рябчиков. Добытые в начале сезона, до заморозков, они всегда жирнее и, соответственно, вкуснее позднеосенних и зимних. Пока тепло, рацион птиц богат за счет очень питательных беспозвоночных и ягод. А на грубых зимних кормах рябчики быстро худеют. Но в этом правиле есть исключения.

Рябчиков из поймы Чикоя на российско-монгольской границе я никогда не забуду. Обитали они в зарослях колючей дикой облепихи и даже в декабре были буквально залиты жиром, как осенние чирки.

Почти не уступали им рябчики из кедрачей Саян и Прибайкалья, но только в годы богатого урожая ореха, при паданке. Всем хорошо, когда кедровые шишки ковром лежат в зоне общей доступности. Рябчики их по мелкому снегу катают, зобы орехами набивают. Но только до первого хорошего снегопада.

 

Рябчики были и остаются самой обычной добычей таежников, они и для себя их добывают, и на приманку, чтобы соболей ловить. При охоте с лайками промысловики, кстати, обычно рябчиков не стреляют, чтобы собак в эту охоту не втравливать.

Рябчиков гонять все лайки любят, но это занятие отвлекает их от поиска белок и преследования соболей. Поэтому первые один-два дня сезона соболевки можно и нужно рябчикам посвятить, без собак эти дни походить.

Хорошая птица — рябчик, но маленькая. Про это даже байка есть в виде диалога таежников:

— Батя! Рябчика всего в котел складывать али половину?
 — Всего, сын, складывай! В тайге мясо густо идет!

До сих пор не знаю, идет оно густо в котел или из него…

 

А без собак с манком можно много рябчиков добыть. Красноярские охотоведы подсчитали, что при специальной многодневной охоте на рябчиков добыча может оказаться более весомой, чем при коллективных выездах за копытными.

Но специально за рябчиками мало кто ходит, промысловикам соболь нужен, любителям — копытные да медведи, в крайнем случае глухари. К тому же сейчас все командами и коллективами охотятся, а за рябчиками надо не толпой идти, а в одиночку.

В историческом прошлом нашей страны эта птица была важным промысловым видом. Промышляли ее столетиями, и слыла она таким же узнаваемым кулинарным брендом России, как черная икра или семга.

В эпоху, когда не только рефрижераторов, но даже автомобилей не было, рябчики подавались во всех столичных ресторанах и долетали даже до Парижа. А поставлял эту деликатесную дичь в столицы Русский Север, постройка же Транссиба распространила промысел рябчиков в Сибирь.

Но в изменениях XX века этот промысел угас: ценителей деликатесной дичи, способных достойно платить за нее, в стране не стало. До революции охотникам платили за пару рябчиков больше, чем за гуся, был смысл специализироваться на промысле вида.

Да и жили охотники в маленьких поселках, деревнях и починках, рядом с угодьями.

По воспоминаниям стариков, еще в военные годы рябчиков принимали и хорошо платили за них, в том числе порохом и дробью. Но затем мелкие поселки исчезли, а штатным охотникам промхозов работы хватало и без рябчиков.

Их заготовительная цена в конце ХХ века — один рубль за штуку — исключала высокую доходность промысла, поэтому осенью, до сезона охоты на пушные виды, штатные охотники или работали на заготовке ореха, или ондатру ловили, а рябчиков потом попутно для обязательного плана десяток-другой собирали и сдавали.

Любители же для себя, а не для плана всегда охотились, вот промысел и угас. Но ресурсы рябчиков в нашей огромной стране, в отличие от семги и осетровых, не сократились и на большей части ареала вида практически не осваиваются.

 

Спрос на традиционный русский деликатес, когда-то воспетый Владимиром Маяковским, сейчас вполне вероятен. Но возрождению промысла препятствуют ограничения охоты, то есть бюрократические барьеры.

Главный же вопрос — в цене вопроса. Если заготовительная цена на рябчиков станет привлекательной для охотников, то этот русский кулинарный бренд снова появится в столичных ресторанах. Ведь сейчас сохранить свежую дичь и быстро доставить ее потребителю гораздо проще, чем в позапрошлом веке. Однако культура промысла рябчиков в нашей стране практически умерла.

Птиц этих таежных ловили сотни, а может, и тысячи лет простыми и эффективными самоловами, петлями на жердочках, на приманку — гроздь рябины. В местах самоловного промысла весной, кстати, на рябчиков не охотились. То есть налицо пример рационального, неистощительного природопользования, пример, проверенный временем.

Потеряли мы культуру этого промысла, но богаче, разумеется, не стали. И хотя ресурсы рябчиков огромны, а методы их отлова на искусственную гроздь рябины отработаны, в современных ресторанах рябчиков практически не подают.

О вкусах не спорят, но рябчик действительно отменно вкусен. Первая добытая птица в сезоне всегда гарантия праздника. Его обычно запекают над углями костра, это целый обряд, посвященный началу осени. А на сковородке рябчиков лучше всего жарить под гнетом, как цыпленка-табака.

Я в своем зимовье как-то специально для рябчиков из каменной плитки круглый гнет сделал и выяснил, что русский деликатес под ним, особенно с грибами, получается просто изумительным. В первых блюдах он тоже хорош; при обильной добыче на многодневных охотах его грудки можно домой увезти в жареном виде, упаковав в пластиковые контейнеры, ну а все остальное в супы пойдет и будет съедено на месте.

Дома в холодильнике жареные, залитые жиром грудки могут долго пролежать, чтобы потом в праздничный салат попасть и гостей приятно удивить. Еще одно праздничное блюдо — это рябчик, запеченный в фольге с салом и чесноком. Приготовленных таким образом птиц по одной на порцию обычно недостаточно, рябчиков так готовят, когда их действительно много.

 

Рассказывают, что в конце прошлого века на Иркутском мясокомбинате даже вип-колбасу из рябчиков делали. В фарш для этой колбасы конину добавляли в пропорции один рябчик — один конь.

Как-то в один из таежных сезонов, в первые теплые дни, у меня набралось много рябчиков — на приманку, соболей ловить. Здраво рассудив, что часть можно себе оставить, я десятка четыре грудок засолил в стеклянных банках. Все как положено, с приправами и веточками черной смородины.

Эксперимент удался, и пришедшие в гости соседи по тайге долго гадали, из чего же сделана эта закуска — из семги или осетра?
Несколько практических советов по охоте.

 

Одежда и обувь должны быть удобными и комфортными, защитного цвета и нешумными. Однажды мой приятель отправился за рябчиками в черной кожаной куртке и ничего не добыл. Повторил маршрут в шерстяной коричневой толстовке — и принес десяток птиц.

Особой мощности и кучности от оружия не требуется, стрельба ведется на близких расстояниях, в основном по сидячим птицам. Для рябчика 12-й калибр великоват, я для своего 16-го снаряжал патроны половиной обычного заряда.

Оптимален здесь 32-й калибр, и носить его легко, и добыча дробью не расшибается. Подходит и малокалиберная винтовка, но я из нее, как и подавляющее большинство охотников, стрелять влет не умею.

А успешные выстрелы по летящим рябчикам, да еще 32-м калибром, запоминаются. До выпадения снега после выстрела по рябчику сначала поднимают добычу, а только потом продолжают охоту. Винтовка провоцирует на дальнюю стрельбу, но от нее лучше воздержаться: добыча маленькая, уже дальше 30 метров искать ее сложно.

В рябчика и с сотни метров попасть просто, но на таком расстоянии даже добытую косулю в высокой траве долго искать приходится, а тут небольшая птичка в камуфляже…

 

От эвенков я научился ощипывать рябчиков сразу же после выстрела. Пока птица теплая, перо с нее легко, за секунды, сходит. А затем, на очередной остановке, ощипанных рябчиков потрошат. Обычно такую остановку делают у воды, чтобы потом руки вымыть. Все это буквально на ходу делается, без потери времени.

В результате вечером работы намного меньше. Остывших рябчиков ощипывать трудно, поэтому обычно с них перо вместе со шкурой снимают. Но вкус рябчика без кожи (и жира, имеющегося под ней) уже не тот. А птицу, полежавшую с простреленной дробью брюшной полостью, лучше не на еду, а на приманку пустить. Это уже далеко не деликатес.

Каждая новая осень приходит в тайгу с перекличкой рябчиков. Их чистый и звонкий пересвист сразу поднимает настроение и возвращает меня в далекое детство, когда рябчиков можно было стрелять только осенью.

Надеюсь, мне еще не раз придется радоваться осеннему таежному вечеру и первому рябчику сезона, приготовленному над углями костра. Все собираюсь проверить, как рябчик с ананасами совмещается, да никак не соберусь. Ничего, дней у Бога много, рябчиков в тайге полно, а ананасы легкодоступны.

Источник: ohotniki.ru

Статьи по теме

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Back to top button