Охота

Волчий кружок

 

После освобождения крестьян от крепостной зависимости обедневшим помещикам стало затруднительно содержать своры борзых и гончих собак.

Ружейная охота вытеснила псовую и соколиную из-за большой эффективности и дешевизны.

Верховная власть приступила к законодательному регулированию охоты.

В Москве по инициативе и под предводительством графа В.А. Шереметева 3 июня 1872 года было создано Императорское Общество разведения охотничьих и промысловых животных и правильной охоты.

С первых дней Общество действовало под попечением великого князя Владимира Александровича, третьего сына Александра II.

Помимо увлечения охотой этот представитель царской фамилии имел немало других интересов, что засвидетельствовал его родственник, Великий князь Александр Михайлович: «Великий князь Владимир Александрович (1847–1909) <…> рисовал, интересовался балетом и первый финансировал заграничные балетные турне С. Дягилева.

Собирал старинные иконы, посещал два раза в год Париж и очень любил давать сложные приемы в своем изумительном дворце в Царском Селе». Имея генеральский чин, он являлся сенатором и членом Государственного совета, президентом Академии художеств и главнокомандующим войсками гвардии и Петербургского военного округа.

Высокое покровительство никогда не было лишним. В 1876 году повременные издания отмечали, что Общество является «главным виновником» возрождения охоты и собаководства и уже успело многое сделать.

Одно устройство «очередных» выставок дает возможность охотникам необъятной Российской империи обмениваться идеями и племенным материалом, делиться результатами своих трудов. В особенности этому способствовали съезды охотников, устраиваемые Обществом во время выставок.

По результатам выставок вручались наградные медали общества в разных номинациях. Выпускались специализированные охотничьи издания, в том числе ежемесячный иллюстрированный журнал «Природа и охота».

В 1893 году был принят закон «Об охоте», который в основном попытался регулировать любительскую охоту. К этому времени охотничьи организации стали создаваться во многих городах.

Общество охоты образовалось и в Симбирске, раскинувшемся на высоком волжском берегу и насчитывавшем 40 тысяч жителей.

Согласно уставу, утвержденному 8 декабря 1892 года, цель Симбирского общества охоты заключалась:

1) в ведении правильной охоты в дозволенное законом время;

2) в охранении дичи через содействие местным властям в преследовании охоты как в недозволенное время, так и запрещенными способами;

3) в распространении в народе понятий о правильной охоте, а также о полезных и вредных животных;

4) в истреблении хищных зверей и птиц;

5) в улучшении способа охоты и, в особенности, в улучшении пород охотничьих собак;

6) в изучении местной дичи, ее образа жизни, нравов и привычек, в описании характера местности в крае, где она преимущественно держится;

7) в упражнении в стрельбе.

Действия Общества ограничивались пределами Симбирской губернии, состоявшей из восьми уездов. Площадь губернии составляла 43 491 кв. версту, ее средняя протяженность с севера на юг до 250 верст, с востока на запад до 200 верст.

Членами Общества могли быть лица, признающие ее цели и задачи и избранные на общем собрании большинством двух третей наличных голосов.

Как видно из отчета за 1896 год, деятельность Общества заключалась в основном в упражнении в стрельбе и ведении правильной охоты в дозволенное законом время.

Общество почти не уделяло внимания такой «весьма симпатичной стороне» своей деятельности, как распространение в народе понятий о полезных и вредных животных, об образе жизни, нравах и привычках местной дичи. В 1896 году в Обществе состояло 5 почетных членов и 60 действительных.

Охота обычно проходила в угодьях, арендуемых охотниками у удельного округа и принадлежавших царской фамилии, или же у сельских обществ.

В зависимости от того, на кого велась охота — на болотных или лесных птиц, на пушных зверей или хищников, — охотники выезжали в Карлинскую, Каменскую или Мостовую удельные дачи, на реку Свиягу или Брехово болото. Иногда отправлялись в отдаленные удельные боры, где случалось встретить рысь или медведя.

 

Наиболее часто охотники выезжали в дни весенних и осенних перелетов птиц. Так, в сентябре 1906 года Общество провело четыре вылазки, в октябре семь, а в ноябре одну. Правление Общества заранее составляло расписание охот с указанием места и времени сбора. Вот как выглядело расписание на сентябрь.

«14 сентября, четверг: лесная дача Гулак-Артемовской при селе Полдомасово. Сбор в лесной караулке. Предполагается присутствие волка.

17 сентября, воскресенье: Кильдюшевская дача первого Симбирского удельного именья. Сбор на кордоне «Зольный» на левом берегу Волги против пристани «Майна» товариществ «Дружба» и «Купеческий».

24 сентября, воскресенье: Каменская дача. 26 сентября, вторник: Мостовая удельная дача, сбор на первом кордоне».

В 1911 году в Обществе было 94 человека, в 1912-м — 122. В упомянутые годы было запланировано тринадцать вылазок, из которых состоялось только девять. В них в общей сложности участвовало около ста охотников и было взято 386 зайцев, 8 волков, 4 лисы, 1 лось, 35 рябчиков, 8 тетеревов, 3 глухаря, 3 вальдшнепа.

«Охота по перу порадовала любителей значительным количеством дупелей, — писали члены правления в отчетах. — За лето и осень их попало в ягдташи охотников более двухсот штук. Зато вальдшнепов ни на токах, ни осенью почти не было».

Среди симбирских охотников самым продвинутым по службе и опытным в охотничьих делах был князь А.А. Ширинский-Шихматов, занимавший пост вице-губернатора в 1910–1913 годах. Андрей Александрович под псевдонимом Урс публиковал статьи в журнале «Природа и охота», в «Охотничьей газете»; являлся конструктором механической рогатины для охоты на медведя и пули для гладкоствольного охотничьего оружия, которая носила его имя.

 

В 1910 году в Симбирске образовалось еще одно охотничье общество, более элитарное, которое называлось Вторым Симбирским обществом охотников. Его организовали любители поохотиться так называемым псковским способом.

В этом Обществе состояли барон Х.Г. Штемпель, поручик в отставке, служивший в губернской земской управе и являвшийся гласным городской думы; статский советник А.И. Селецкий, до выхода в отставку в 1908 году служивший в окружном суде; землевладелец А.А. Толстой, один из руководителей Симбирского отделения Крестьянского поземельного банка, вместе с 20-летним сыном Михаилом, студентом, и другие состоятельные лица. Среди них оказался и мелкопоместный дворянин В.А. Теплов, отличавшийся скандальным нравом.

Второе общество охотников разработало свои строгие правила, нарушение которых влекло наказание штрафами от пяти до десяти рублей.

К примеру, запрещалась стрельба до начала гона, кроме случая, когда зверь подойдет к № 8 ближе двадцати шагов; нельзя было нарушать тишину и курить во время охоты; раненый зверь принадлежал тому, кто его ранил, но охотник, до которого он доберется, обязан был его добить.

Правда, эти правила соблюдались не всегда и не всеми. Нарушители карались довольно странным образом. Так, уже в год основания Общества из него был исключен Теплов за то, что он якобы нанес оскорбление остальным членам.

А дело было так. Приехав 13 ноября на охоту, объявленную на 12 часов дня, на двух волков и лося на Каменской удельной даче, он неподалеку от места охоты услышал лай гончих и звук рога, а по дороге встретил компанию во главе с Толстым-старшим. Тот сидел в санях, а рядом лежали убитые зайцы. Теплов спросил Толстого: «Купили?» «Нет, — ответил тот, — охотились с гончими».

Через два-три дня Теплов подал заявление в правление Общества: «В «Правилах охоты» порядочные охотники, а не шкурятники никогда не охотятся даже на расстоянии десяти верст в месте, где предполагается охота на красного зверя с гончими.

Этот порядочный принцип никогда не нарушается. Я выхожу из состава «волчьего кружка» и прошу вернуть мне вступительный взнос. Довожу также до сведения, что 14 ноября были обложены три самки лося, из которых одну господин Толстой убил. И это члены правильной охоты охотятся на самок! Факт достоин внимания удельных служащих».

Следующим вечером на квартире одного из членов Общества оскорбленные тем, что Теплов обозвал их «шкурятниками», охотники исключили его, вернули взносы и пообещали впредь ни под каким видом не допускать его в свои ряды.

Что же касается Толстого, то его даже не пожурили за нарушение правил охоты. Однако по поводу убитой лосихи ему пришлось объясняться перед удельным ведомством и заплатить штраф сто рублей.

Упомянутое слово «шкурятники» являлось нелицеприятным термином. Бывалый охотник П. М. Мачеварианов в «Записках псового охотника Симбирской губернии», изданных в Москве в 1876 году, писал: «По пословице «в семье не без урода» есть между псовыми охотниками полевые шулера, надувалы и обманщики <…>

Какая-то необъяснимая их жадность — не к живому зверю для травли, а к шкуре — так велика, что они забывают о своем положении в обществе и готовы на все непозволительные проделки, лишь бы отбить у товарища зверя и завладеть шкурой».

Вскоре Второе общество охотников избрало своим председателем городского голову Л.И. Афанасьева, потомственного дворянина, человека энергичного и состоятельного.

При сельце Скугареевка Симбирского уезда Леониду Ивановичу принадлежали 1762 десятины земельных угодий, большая усадьба с каменным домом и парком, винокуренным, кирпичным и конным заводами. Будучи страстным охотником, он держал в имении небольшую псарню с дюжиной борзых и легавых собак.

В «экономических примечаниях» к плану генерального межевания Скугареевки при речке Ташле, отстоявшей в 42 верстах от губернского и уездного города, землемер отметил, что в лесу «водятся звери (волки, лисы, зайцы, белки и горностаи) и птицы (тетерева, рябцы, куропатки, кукушка, дятлы, соловьи, синицы, зяблицы».

 

Афанасьев старался сделать жизнь Общества более разнообразной и живой. В феврале 1912 года по его инициативе в залах Дворянского собрания был устроен замечательный охотничий вечер.

Накануне газета «Симбирянин» писала: «Судя по приготовлению, вечер этот будет весьма грандиозным. Вчера мы посетили Собрание, где работа кипит уже несколько дней. Хотя и не закончены декоративные работы, Собрание имеет живописно-художественный вид: утопает в зелени и разукрашено чучелами всевозможных птиц и зверей.

Особенно красивы группы из чучел, картины «Семья лисиц», «Токующий глухарь», «Охота на тетеревов» и другие. В зале устроен и художественно-декоративный павильон-сцена, где будут поставлены живые картины из охотничьей жизни.

В общем зале сконцентрированы представители, кажется, всего звериного и пернатого царства: медведь, волк, лисица, глухарь, тетерев, фазан, куропатки и так далее, без конца.

Одним словом, это исключительно грандиозная для Симбирска выставка, и мы бы рекомендовали устроителям не разрушать ее после вечера хотя бы день-два, допустив для ее осмотра учащихся, если не бесплатно, то хотя бы за низкую плату».

В день проведения вечера та же газета опубликовала объявление, что на вечере будут представлены «живые картины и кинематограф по обширной программе из охотничьей жизни. По окончании картин танцы. В зале устроен тир для стрельбы с прицелами.

Выставки всевозможного охотничьего оружия и орудий ловли зверей и птиц промышленниками. Начало в 9 часов вечера».

 

Для того чтобы запечатлеть столь замечательное событие, Афанасьев пригласил фотографа. Позднее был составлен фотоальбом, позволяющий с восхищением рассматривать экспозицию выставки, организованной «зверскими охотниками», как их в шутку называли местные дамы и журналисты.

Председатель Общества попросил также снять его оружейный отдел. На большом стенде, со вкусом оформленном в виде геральдического щита, Афанасьев разместил пятнадцать охотничьих ружей разных систем и калибров, шесть пистолетов, пять охотничьих ножей и кинжалов красивой отделки, силки для ловли птиц, капканы на крупного зверя, патронташ и ягдташ.

Изредка Афанасьев охотился в одиночку, с кем-то из дворовых или с гостями. Одной зимой в скугареевскую усадьбу по ночам из ближайшего леса стали наведываться волки и резать скот.

Леонид Иванович несколько ночей провел в засаде, но понапрасну, волки в селе не появлялись. Бывалый охотник дал ему дельный совет: «Волки — звери умные, но считать они не умеют». И предложил вечером пойти на охоту вместе.

Когда наступили сумерки, напарник вышел из засады и пошел в село, Афанасьев же остался ждать волков. Увидев, что человек с ружьем ушел, два матерых хищника вышли из леса и затрусили к селу. Тут-то Леониду Ивановичу и удалось их пристрелить.

 

Совсем скоро, в июле 1914 года, началась Великая, как тогда ее называли, война. Первоочередные задачи тылового Симбирска заключались в приеме и размещении раненых, в оказании помощи беженцам из приграничных губерний, в снабжении армии продовольствием и обмундированием.

На войну было призвано много служащих городских учреждений, на фронт отправились сотни добровольцев. Среди последних было немало молодых и не совсем членов охотничьих обществ, в том числе 45-летний барон Христофор Геннадьевич Штемпель.

Действующей армии потребовались и собаки, правда, в несколько ином качестве, чем на охоте. «Симбирские губернские ведомости» опубликовали воззвание губернатора князя М.А. Черкасского: «Генерал-квартирмейстер <…>, приступив к формированию школы проводников и военно-сторожевых собак Западного фронта, испытывает острую нужду в собаках, годных для этой цели.

Вследствие этого обращаюсь к населению Симбирской губернии с призывом прийти на помощь армии добровольным пожертвованием или продажей собак следующих пород: доберман-пинчер, немецкой и бельгийской овчарок, эрдельтерьеров, сибирских лаек, волкодавов и ирландских сеттеров в возрасте от 2 месяцев до 4 лет».

Источник: ohotniki.ru

Статьи по теме

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Back to top button